Язычество

Термин "язычество" происходит от церковнославянского слова "язык", означающего, в частности, "народ". В ветхозаветную эпоху евреи называли язычниками все другие народы, вкладывая в это слово отрицательную оценку и самих этих народов, и всей совокупности их религиозных верований, обычаев, морали, культуры и проч. От иудеев термин "язычество" перешел в христианский лексикон. Однако теперь он не включает в себя что-либо связанное с нацией или расой. Им обозначаются нехристианские религиозные учения и мировоззрения, имеющие ряд определенных признаков.

Существует много видов язычества (все политеистические религии, магия, сатанизм, шаманство, атеизм, материализм и др.). Они характеризуются различными признаками, основными из которых являются: натурализм, идолослужение, магизм, мистицизм.

Историки утверждают иногда, что борясь с язычеством, христианство само восприняло много «языческих» элементов, перестало быть евангельским богопочитанием «в духе и истине». Храмовое благочестие, развитие и усложнение культа, почитание святых и их мощей, с такой быстротой расцветающее в четвертом веке, все нарастающий интерес к «материальному» в религии: к святым местам, предметам, реликвиям – всё это непосредственно возводится к языческому влиянию в Церкви, и в этом усматривается компромисс ее с миром ради «массовой» победы. Но от христианского историка совсем не требуется, чтобы во имя защиты христианства он попросту отверг это обвинение – то есть отрицал какие бы то ни было «аналогии» между христианством и языческими «формами» религии. Напротив, он может смело принять его, потому что в этих аналогиях он не усматривает никакой «вины». Христианство восприняло и сделало своими многие «формы» языческой религии, не только потому, что это вечные формы религии вообще, а потому еще, что весь замысел христианства в том и состоит, чтобы все «формы» в этом мире не заменить новыми, а наполнить новым и истинным содержанием. Крещение водою, религиозная трапеза, помазание маслом – все эти основоположные религиозные акты Церковь не выдумала, не создала, все они уже имелись в религиозном обиходе человечества. И этой связи с «естественной» религией Церковь никогда не отрицала, только с первых же веков придавала ей смысл, обратный тому, который видят в ней современные историки религий. Для этих последних все объясняется «заимствованиями» и «влияниями», Церковь же устами Тертуллиана всегда утверждала, что человеческая душа «по природе – христианка», и потому даже «естественная» религия, даже само язычество есть только извращение чего-то по природе истинного и благого. Принимая любую «форму», Церковь – в своем сознании – возвращала Богу то, что Ему по праву принадлежит, всегда и во всем восстанавливая «падший образ».